Русь и Великое княжество Литовское

Русские люди испытывали перед ордынцами страх и скрытую злобу. Монгольское владычество воспринималось как наказание, которое нужно стойко терпеть — до лучших времён.Орда не претендовала на души русских людей. Она хотела денег и покорности — не веры. До 1313 года на её территории действовало православное епископство. В глазах Русской православной церкви куда бо́льшей угрозой были западные «римляне» — ливонские крестоносцы и шведы. Те не просто захватывали земли: они несли с собой католичество, угрожая самой основе русской духовной жизни.По мере того, как страна оправлялась от разорения, всё острее вставал вопрос объединения. Без единой силы сбросить ордынское ярмо́¹ было невозможно. С начала XIV века за роль такого центра схватились Москва и Тверь на северо-востоке. Но западные и южные русские земли двигались по другому пути — навстречу Литве.¹Ярмо - бремя, несвобода, угнетение

Литва в XIII веке — это несколько разрозненных племён: литва, жема́йты, аукшта́йты, ятвя́ги. Они жили в лесах и болотах между Балтийским морем и русскими землями, исповедовали традиционное многобожие и долгое время не имели единого государства. Объединить их взялся Миндо́вг — первый литовский князь.История его прихода к власти необычна. Из литовских земель его изгнали — свои же. Спасение нашлось в западнорусском городе Новогру́дке. Новогрудок — сегодня небольшой белорусский город. В XIII веке он был важным западнорусским торговым и ремесленным центром.  Именно опираясь на поддержку русского города, Миндовг сумел покорить литовские племена и создать государство.Причина сближения Литвы и Западной Руси была простой — общий враг. Литве угрожали рыцари-крестоносцы с запада. Полоцкой земле — и крестоносцы, и ордынцы. Врозь погибнуть было куда проще, чем вместе выстоять. В 1263 году Миндовг погиб в результате заговора. После его гибели единство княжества с трудом поддерживали его преемники. Они в союзе с Галицким княжеством сумели одержать несколько побед над Ливонским орденом.

В начале XIV века единовластным правителем Великого княжества Литовского стал Гедими́н (1316–1341). Именно при Гедимине Литва превратилась в крупную европейскую державу.Гедимин расширял государство не только войной, но и договорами. Полоцк, Брянск, Витебск, Минск, Туров, Новогрудок входили в его державу на условиях соглашений: местные князья Рюриковичи сохраняли власть, но признавали литовского великого князя. Скрепляли эти союзы браки: дочери русских князей выходили замуж за сыновей Гедимина. Сыновья, принимая православие, сливались с местным населением.Сам Гедимин придерживался древней языческой веры предков — что не мешало ему управлять преимущественно православным населением. Столицей стал Ви́льно (нынешний Ви́льнюс), хотя самым крупным и богатым городом оставался По́лоцк. Постепенно во всех крупных городах — и литовских, и западнорусских — власть сосредоточилась в руках родственников Гедимина. Так сложилась династия Гедиминовичей.При Гедимине оформился особый государственный строй — федеративный. Это значило, что разные земли признавали власть великого князя, но сохраняли внутреннюю самостоятельность, свои законы и обычаи. Власть самого князя была ограничена: существовал сейм — совет знати, куда входили как литовские, так и западнорусские богачи. Влиятельным сословием постепенно становилась шля́хта — профессиональные воины-землевладельцы. Такая система отличалась от порядков Северо-Восточной Руси, где великий князь воспринимался как полновластный хозяин всех земель.

Одна из самых необычных черт Великого княжества Литовского — оно было русским по языку и культуре, но литовским по правящей династии. Летописи здесь писали на русском языке. Суд вершился по Русской Правде — сборнику законов, составленному ещё при Ярославе Мудром. Монарх носил титул «великий князь литовский и русский».Подавляющее большинство населения исповедовало православие. Литовская знать, женившись на русских княжнах и приняв православие, быстро русела. В государстве мирно сосуществовали языческие литовские традиции и православная русская культура.  Важно и то, что многие западно- и южнорусские города переходили под власть Литвы добровольно. Литовский князь защищал своих подданных от крестоносцев и помогал не платить дань Орде. Это был весомый аргумент для того, чтобы стать подданным Литовского княжества.

Расцвет Великого княжества Литовского пришёлся на правление О́льгерда (1345–1377) — старшего сына Гедимина. Власть он получил не без труда: отец оставил престол младшему сыну, но старшие братья свергли его. Ольгерд возглавил государство, его брат Ке́йстут стал соправителем. Разделение обязанностей было чётко разграничено: Ольгерд занимался восточными делами и войнами с татарами, Кейстут — западным направлением и борьбой с крестоносцами.Главным военным достижением Ольгерда стала битва у Синих Вод в 1362 году. Синие Воды — река на территории нынешней Украины. Там Ольгерд разгромил сразу трёх ордынских ханов, правивших в Причерноморье. Результат был грандиозным: практически вся Южная Русь перешла от Орды под власть Литвы. За несколько десятилетий Ольгерд увеличил территорию своего государства вдвое.После победы при Синих Водах Ольгерд продолжал платить ордынский выход. Но теперь южнорусские земли платили дань не напрямую в Орду, а Ольгерду, который затем уже сам рассчитывался с монголами. Это позволило Литве извлекать доход с покорённых территорий и одновременно избегать конфликта с Ордой.При Ольгерде государство вплотную подошло к границам Московского и Тверского княжеств. Ольгерд активно поддерживал Тверь в её соперничестве с Москвой — он трижды ходил походами на Москву.

Смерть Ольгерда обнажила главную слабость Литовского государства — проблему наследования. Отец назначил преемником Яга́йло — одного из младших сыновей, в обход старших. Это немедленно вызвало войну внутри династии.Дядя Ягайло — Кейстут, старый и заслуженный воин, всю жизнь защищавший западные рубежи от крестоносцев, — попытался захватить власть. Началась гражданская война (1377–1382), в ходе которой Кейстут был убит по приказу Ягайло.После победы над дядей Ягайло стал единоличным правителем Литвы — но ненадолго. Против него выступил двоюродный брат Ви́товт — сын убитого Кейстута, который не простил отцовской гибели. Витовт был умён, упрям и умел ждать своего часа: он то воевал с Ягайло, то мирился, то искал союзников у Тевтонского ордена. Их противостояние растянулось на годы.

Пока Ягайло и Витовт меряли силы, Тевтонский орден давил с запада всё сильнее. Самостоятельно сдержать его было всё труднее. Спасение пришло откуда не ждали.В соседнем Польском королевстве умер король, оставив наследницей юную Ядви́гу. Польская знать искала ей мужа — сильного правителя, способного защитить страну. Выбор пал на Ягайло. В 1385 году в замке Кре́во была заключена Кре́вская  у́ния¹: два государства — Польша и Великое княжество Литовское — сохраняли независимость, но получали общего монарха. Ягайло женился на Ядвиге, принял католичество, стал польским королём под именем Владислав II.По условиям унии Ягайло обязался крестить языческое население Литвы по католическому обряду. В 1387 году Литва официально стала католической страной. Итогом стало ограничение прав православного большинства — русского населения. Католики получали привилегии, которых православные были лишены. Например, только католики допускались к высшей государственной власти и великокняжескому совету.¹ Уния - объединение нескольких самостоятельных государств под властью одного монарха

Православная литовско-русская знать была в ярости от Кревской унии. Ограничение прав православных, усиление польского влияния — всё это вызывало открытое недовольство. Знать требовала от Ягайло-Владислава признания Витовта самостоятельным великим князем. В 1392 году Ягайло уступил: Витовт стал великим князем литовским и русским, формально признав себя вассалом польского короля.Витовт был последним литовским правителем, при котором государство могло претендовать на объединение всех русских земель. Во-первых, Витовт выдал дочь Софью замуж за московского великого князя Василия I. Породнившись с Москвой, Витовт рассчитывал влиять на её политику через дочь. Внешне отношения тестя и зятя выглядели мирно — но, по существу, это было скрытое соперничество за господство над русскими землями.Вторым ходом стала ставка на Орду. Витовт поддержал изгнанного хана Тохтамы́ша, рассчитывая помочь ему вернуть сарайский трон — и получить взамен ярлык на русские земли, подвластные Орде. Если бы план сработал, Витовт стал бы законным повелителем огромных территорий. Но в 1399 году на реке Во́рскле его войско столкнулось с ордынскими силами и потерпело сокрушительное поражение. Ярлык достался другому хану, а Тохтамыш был убит.Несмотря на поражение, Витовт продолжил борьбу. В 1404 году он завоевал Смоленское княжество — один из важнейших городов на пути между Литвой и Северо-Восточной Русью. Смоленск оставался в составе Литвы почти сто лет.

В начале XV века Тевтонский орден всё ещё оставался грозной силой. Война с ним была неизбежна. В 1410 году объединённые силы Польши и Великого княжества Литовского встретились с тевтонцами у деревни Грю́нвальд в Пруссии.15 июля 1410 года произошла одна из крупнейших битв Средневековья в Европе. Войска Польши и Литвы многократно превосходили орден по численности. Сражение было долгим и кровавым. Тевтонский орден потерял своего магистра и бо́льшую часть рыцарей — это был разгром, от которого орден уже не оправился.Особую роль в победе сыграли русские полки из состава литовской армии: тяжёлая пехота смоленских, полоцких и брянских дружин держала удар в самый критический момент битвы, когда литовская конница на левом фланге дрогнула и побежала. Смоляне стояли насмерть — и выстояли.Однако плодами победы воспользовалась прежде всего Польша, а не Литва. Тевтонский орден был принуждён к миру и перестал угрожать польским землям. Витовт пытался воспользоваться своим военным триумфом: добивался титула короля литовского и русского, что означало бы полную независимость от Польши. В 1430 году папа римский даже отправил ему корону — но польские вельможи перехватили её по дороге.

После смерти Витовта в 1430 году Великое княжество Литовское начало стремительно терять политическую силу. Несколько причин объясняют, почему именно Москва, а не Вильно стала столицей будущей единой России.